Богатейшим человеком по версии forbes стал бернар арно

На старте

Коллекционирование и любовь к искусству у Бернара Арно в крови. Среди его предков — придворные художники Жан и Франсуа Клуе. В 1982 году в Америке Бернар Арно сделал свою первую серьезную покупку в мире искусства — он купил Моне. Но по­ требовалось еще 20 лет, чтобы вкусы коллекционера эволюци­ онировали до понимания современного искусства. В 2001 году он приобрел на Sotheby’s первую абстракцию — геометриче­скую работу синего, белого и красного цвета американского художника Элсворта Келли за $1,43 млн. Дальше последовал XX век, от Пикассо до Уорхола, включая рисунки Жана Кокто и акварели друга Диора Кристиана Берара. Утверждает, что у него лучшая частная коллекция Жан­-Мишеля Баския. Из­ вестно, что в 1998 году Арно купил работу Баския за $600 000. А за полиптих «Грилло», написанный художником за четыре года до смерти, Арно заплатил $26 млн.

До 30 лет Франсуа Пино не бывал в музее. В 1972 году жена­ антиквар уговорила Пино купить работу художника понт­ авенской школы из группы «Наби» Поля Серюзье. Решающим аргументом при покупке было то, что изображенная женщина напомнила Пино его бабушку. Современное искусство Пино открыл для себя в Америке, когда в 1990 году купил полотно Пита Мондриана в форме ромба. После этого Пино­коллек­ ционер уже не мог остановиться: интерес к искусству рос стремительно и последовательно — Пикассо, кубисты, Ротко.

Драка за искусство

Сегодня оба коллекционера охотятся на одном поле современного искусства, конкурируя за Баския, Джеффа Кунса, Дэмиена Херста, Такаси Мураками, Субодха Гупту. У обоих в собрании работы итальянца Маурицио Каттелана и монументальные скульптуры Ричарда Серра.

Битва за Ричарда Серра

Франсуа Пино заказал весом 10 работ, весом 15 т каждая, для украшения своего по- местья Chateu de la Mormaire в Ивелине. Бернар Арно установил у штаб-квартиры LVMH в Париже 40-тонный объект Ричарда Серра Single Double Torus, купленный на ярмарке современного искусства Art-Basel.

За Маурицио Каттелана

Скульптурная группа Маурицио Каттелана, купленная Франсуа Пино за €4,5 млн, представляет собой 9 тел, накрытых простыней из каррарского мрамора. А в 2012 году он продал своего воскового Гитлера на коленях, скульптура Him, на Christie’s за $14 млн.

В 2004 году на аукционе Sotheby’s чучело лошади, подвешенное на ремнях к потолку, The Ballad of Trotsky Маурицио Каттелана досталось Бернару Арно за $2,1 млн.

За Джеффа Кунса

У Бернара Арно Кунс представлен картиной Monkey Train (Birds), купленной за €4 млн. У Франсуа Пино — трехметровая собака работы Кунса. На открытии Палаццо Грасси скульптура стояла перед входом. В 1996 году собака обошлась Пино всего в €2,5 млн.

За молодых

Благодаря покровительству Арно американский мультимедийный художник Стерлинг Руби создал коллаборация с Рафом Симмонсом. Меценат поддержал Камий Анро, чье видео получило «Серебряного льва» на Венецианской биеннале 2013 года.

Франсуа Пино доверил переустройство внутреннего пространства Парижской биржи в свой новый музей Collection Pinault-Paris молодому дуэту архитекторов Люси Нине и Тибо Марка фирмы NeM Architectes. В коллекции Пино — работы Аделя Абдессемеда, которого часто упрекают в жестокости. Художник использует такие материалы, как колючая проволока и чучела зверей. Пино поддерживал с первых шагов в профессии Роберто Куоги, итальянского мастера провокации. Весной 2017 года, на 57-й Биеннале в Венеции Роберто Куоги представил в национальном павильоне Италии инсталляцию из фрагментов тел Иисуса в разной степени разложения. Мецената также могут благодарить немецкий абстракционист Ансельм Райле и американка Кристин Бейкер, замеченная на старте своей карьеры в начале 2000-х и Чарльзом Саатчи, и Франсуа Пино.

Хобби

Бернар Арно, владелец LV, несмотря на прозвище “волк в кашемире” и жёсткую политику, является человеком с тонкой душой. Он музыкант и ежедневно играет на фортепиано Yamaha на 9 этаже здания на авеню Монтень, где расположен офис конгломерата. Любимый композитор Бернара Арно — Шопен.

Ещё одна его страсть — коллекционирование картин. Материальное состояние мужчины позволило ему учредить премию для учащихся школ изобразительного искусства.

Любимая BMW X7 Бернара Арно

Отдыхает на своей яхте «Симфония»

Летает на Dassault Falcon 7X

Бернар Арно любит живопись

Обожает и играет классику

Prev 1of5Next

Предприниматель не забывает и о спорте — в его ежедневном графике есть время для игры в теннис.

Самый богатый француз любит не только теннис, но и футбол. О том, что Арно покупает “Милан” — итальянский ФК, сообщил Лука Серафини, журналист. Подробности сделки держатся в строжайшей тайне. Но в прессу просочилась информация, что предприниматель выложил за “Милан” €1 000 000 000.

Почему продают?

Самой громкой новостью 2017 года на сегодняшний день является покупка бургундского Domaine Bonneau du Martray американским миллиардером Стэнли Кронке, у которого на момент приобретения уже было в загашнике модное калифорнийское хозяйство. Причины продажи семьей Ле Бо де ля Мориньер, владевшей одним из самых культовых доменов с 13-вековой историей на протяжении последних 200 лет, не разглашаются. Однако можно с уверенностью предположить, что причина в нежелании наследников продолжать дело отцов. Не каждый отпрыск богатого и знатного рода мечтает всю жизнь катать бочки в сыром погребе и копаться в земле. Так бывает. Кроме этого, единственным способом сохранить в целостности единый блок в 11 га в гран крю Кортон-Шарлемань оставалась продажа. Для Кронке, сколотившего деньги на недвижимости и активно скупающего спортивные команды по обе стороны океана (в том числе 67% клуба «Арсенал»), это не первая сделка с вином. В 2006 году он купил долю в культовом калифорнийском хозяйстве Screaming Eagle, а с 2009-го сделался единоличным владельцем. Вряд ли новый хозяин планирует окупить затраты продажей вина. По слухам, за долю в 80% домена он заплатил около €160 млн. Это вполне соответствует предыдущей крупной сделке в Бургундии — покупке первым по богатству во Франции человеком Бернаром Арно (состояние оценивается в $34 млрд) Clos de Lambrays (монопольное владение в 8 га в гран крю Кло-де-Лямбре) за €101 млн.

Елена Шифрина, основатель компании Bite

Больше всего я люблю Stella McCartney. Этот бренд, на мой взгляд, связан с главными трендами сегодняшнего дня — осознанным потреблением и веганством. Номера два и три — это Gucci и Balmain. У последнего я покупаю костюмы для официальных мероприятий, а Gucci — это просто весело, такое люксовое панибратство. Gucci показали, как можно небрежно носить люкс и как глупо ты можешь позволить себе выглядеть иногда. Иметь возможность посмеяться над собой — это свобода жизни в люксе

Gucci сделали люкс более доступным с точки зрения подготовки к важному выходу: ты можешь надеть их и не думать, есть ли у тебя вкус или нет, потому что ты уже Gucci

Люксовые вещи, как мне кажется, за границей стали дресс-кодом для тех, кто влияет на миллениалов сегодня, объясняет им, что и как им нужно надевать, как потреблять: YouTube-блогеры, например, все одеты в люкс. Это прежде всего Шейн Доустон, Джеффри Стар, которого я смотрю, такого трансгендерного вида парень. Еще один тренд, кроме панибратского люкса, это смешение полов, возможность определиться уже во взрослом возрасте, кто ты такой. Женские и мужские коллекции смешались, у них уже мало половой принадлежности. Мне также нравится тренд в люксе на athleisure, где повседневная одежда имеет спортивные элементы. Произошло смешение стилей, и, как мне кажется, Gucci стал международным языком коммуникации. Когда человек одет в люксовом бренде, который можно легко распознать, будь то Off-White или Balmain, ты считываешь код и подсознательно начинаешь понимать язык собеседника до того, как он начал говорить.

Компания Dior (We should all be feminists на футболках. — Forbes Life) мне не нравится. Если честно, она мне просто не интересна. Вопрос равенства полов сегодня уже затрагивать почти не нужно: пусть все женщины сами выбирают, хотят ли они быть успешными и берут от жизни все. А футболка We should all be feminists, на мой взгляд, выглядит глупо, не понятен призыв к действию: то ли женщины должны теперь поддерживать друг друга, то ли дружить против мужчин, то ли начать платить за себя в ресторанах. Мне кажется, эта компания — исключительно коммерческий пафос. Важнее тренд на бодипозитив, возможность выбора принадлежности пола, мне нравится, что девочки в формах не боятся надеть облегающую одежду и выглядеть вызывающе. Каждый человек имеет сегодня возможность определяться. И люкс дает нам эту свободу.

Я прекрасно понимаю миллениалов, которые не вкладывают свои доходы в недвижимость или накопительные вклады, у них сильно развита культура шеринга: они делятся квартирами, такси, не имеют машины, но хотят иметь свитшот от Gucci или кроссовки Off-White, который всех захватил. Но что касается меня, я за осознанное потребление. Я не покупают вещи из масс-маркета. Я покупаю пару-тройку люксовых вещей и ношу весь сезон, иногда занашиваю до дыр. Как мне кажется, на одежду я трачу не слишком много: скорее вложу свои деньги в еду и развлечения. Думаю, на одежду я трачу около 10% дохода.

Битва музеев

Франсуа Пино

В 2004 году Франсуа Пино планировал открыть во Франции музей современного искусства. Музей должен был располагаться в переоборудованном здании завода Renault на острове Сегель. Но переговоры с властями зашли в тупик. Тогда Пино купил в Венеции Палаццо Грасси на Гранд-канале. Реконструкцию здания в рекордные сроки провел японский архитектор Тадао Андо, следующий по пятам за своим меценатом.

За право получить новое здание Пунта делла Догана Франсуа Пино боролся с фондом Гуггенхайма, владеющим музеями по всему миру. В Венеции у Гуггенхаймов уже был к тому моменту успешный плацдарм — Фонд Пегги Гуггенхайм в палаццо Веньер дей Леони. Венецианские власти выбрали Пино. Реконструкция здания, с трех сторон окруженного водой, заняла 14 месяцев, архитектор Тадао Андо расширил пространство, убрав внутренние стены, залил пол бетоном и сделал конструкцию водостойкой. Музей открыли в 2009 году к Венецианской биеннале. Перед Пунта делла Догана была установлена скульптура Чарльза Рэя, изображающая мальчика с лягушкой. Эту работу Пино приобрел за €7 млн.

Через четыре года власти Венеции попросили убрать работу в атриум палаццо.

Свой третий музей Франсуа Пино наконец-то планирует открыть в Париже в конце 2018 года. Городские власти предоставили коллекционеру здание бывшей биржи близ Лувра в аренду на 50 лет. Новый музей станет выставочной площадкой для собрания Франсуа Пино и художников, с которыми сотрудничает коллекционер. Важная роль отведена образовательным программам. В новом музее Франсуа будут и кинопоказы, и концерты. Пино стремится построить свой золотой треугольник: Венеция — Париж — Венеция. Реконструкция неоклассического здания XIX столетия поручена незаменимому архитектору Тадао Андо. По предварительным подсчетам, реконструкция обойдется в $121 млн.

Бернар Арно

То, что не удалось в Париже Пино, удалось Арно. В 2014 году в Булонском лесу открылся Фонд Louis Vuitton. Новое здание, выполненное архитектором Фрэнком Гери, обошлось Арно в семь раз дороже первоначальной сметы, в €780 млн. По условиям французского правительства здание фонда перейдет во владение города через 55 лет. Музей ведет выставочную деятельность, делая ставку на то, чтобы удивить зрителя, разбить его стереотипы: современное китайское искусство, современное африканское искусство, выставка из коллекции мецената Сергея Щукина. Второй музей в Булонском лесу Бернар Арно откроет в 2022 году. Здание бывшего Музея ремесел и народных традиций Парижа будет переоборудовано в «Музей LVHM. Искусство, таланты, наследие». Проектом занимается любимый архитектор Арно Фрэнк Гери, автор здания фонда LV и Музея Гуггенхайма в Бильбао. Расходы на ремонт и переоборудование 11-этажного здания площадью 15 000 кв. м, по предварительным подсчетам, составят €158 млн.

Скандалы

В сентябре 2012 года Арно, владелец Луи Виттон, подал в суд на французскую газету “Либерасьон” за помещенную на обложке фотографию и подпись к ней “Отвали, богатый придурок!”. Снимок и надпись были выбраны неслучайно — в 2012 году, после того как Франсуа Олланд повысил налоги для граждан, доход которых превышал €1 000 000, бизнесмен решил поменять французское гражданство на бельгийское, где налоги были в разы меньше.

Что касается надписи, она является отсылкой к словам, брошенным Николя Саркози человеку, отказавшемуся пожать ему руку. Тогда бывший президент сказал мужчине “Отвали, бедный придурок!”. Еще одна причина отсылки газеты к словам Саркози — дружба между им и Арно.

Екатерина Павелко, куратор направления «мода» Школы дизайна НИУ ВШЭ

Модная индустрия меняется на наших глазах как будто в режиме ускоренной перемотки. Люксовый рынок имеет все возможности реагировать на эти изменения и оперативно встраиваться в новую реальность. Но для этого нужна смелость, которая есть у Арно как у талантливого и опытный маркетолога. Назначение Абло, демократизация ассортимента (футболки и кроссовки Dior), ну и главное, на мой взгляд, изменение — это отказ от погони за трендами, когда вещи из новых коллекций как будто «устаревают» через неделю покупки. Сейчас высказывание дизайнера как художника снова обретает вес, а роскошь как будто снова хочет быть чем-то основательным и вечным, что останется с вами на долго и будет служить вам верой и правдой, в независимости от кучи сиюминутных микротрендов. Мне кажется очень примечательным и важным и своевременным партнерство LVMH со Стеллой Маккартни, главной и чуть ли единственной среди люксовых марок поборницы sustainable fashion. Хочется верить, что Арно эту глобальную идею сделает правильной маркетинговой стратегией себе и нам как потребителям на благо.

Максим Ливси, предприниматель и ресторатор

В детстве, когда я начинал, я работал менеджером среднего звена и взбирался по карьере вверх, у меня были предпочтения, всякие там Montblanc, Dupont, Zegna, Brioni, Armani и прочее, для меня это было важно. Повзрослев, я осознал, какая эта глупость — выбирать вещи по маркам (хотя костюмы Zegna действительно на мне хорошо сидели, и я покупал их по две штуки в сезон, это был такой менеджерский рай)

Те, кто начал зарабатывать в 1990-х, до сих пор имеют фантомные привязанности к маркам и лейблам. Но как по мне, ситуации, для которых люксовые вещи — это дресс-код, наверное, существуют в дурновкусном обществе. На какой-нибудь вечеринке на Ибице. Мне кажется, что люкс покупают сейчас в основной массе китайцы и те, кто недавно стал зарабатывать. Разумеется, что богатые люди не купят «квадратный арбуз». А друзья мои абсолютно разные: кто-то ходит с бляхой на ремне LV, а кто-то имеет по четыре футболки белого и серого цветов, и на этом — все.

Всё, что можно арендовать, я стараюсь не вешать на основные фонды (не покупать), а ценные бумаги и не сильно рисковые облигации доставляют радость от покупок. Детям собираюсь передать не вещи, а свою философию разумного потребления.

Данные по средней стоимости проданного гектара на 2015 год:

Эльзас — €120 000 (гран крю €320 000)

Бордо

О-Медок — €80 000

Сен-Жюльен и Марго — €1,2 млн

Пойяк — €2 млн

Грав — €27 000

Пессак-Леоньян — €450 000

Сотерн — в среднем €35 000, но отдельные лоты доходят до €200 000

Правый берег — Кот-де-Кастильон, Кот-де-Бург или Фронсак €20 000–30 000

Сент-Эмильон — €220 000, Помроль — €1,3 млн, хотя цены доходят до €2,3 и €4,4 млн соответственно за лучшие лоты в последних двух

Бордо AOC — €16 000

Бургундия

Божоле — €12 000, Божоле крю €60 000 и до €120 000 за отдельные лоты в Моргоне, Флёри и Мулин-о-Ван

Шабли — €158 000, премье крю — €322 000

Кот-де-Нюи Виляж (пино нуар) — €572 000

Кот-де-Бон Виляж (шардоне) — €671 000

Гран крю – €4,8–11 млн евро

Лангедок — €14 000, в отдельных случаях доходит до €45 000

Прованс — €35 000, Бандоль — до €150 000, самые дорогие в окрестностях Ниццы — €250 000

Долина Луары — от €7 000 за га в Мюскаде и €22 000 в Шиноне до €150 000 в Сансере и €120–170 000 в Пуйи-Фюме

Долина Роны

Северная Рона: Сен-Жозеф — €110 000, Кроз-Эрмитаж — €130 00, Корнас — €450 000, Кот-Роти — €1,1 млн

Южная Рона: Кот-дю-Рон — €17 000, Жигондас — €140–220 000, Шатонеф-дю-Пап — €370 000.

Монтальчино — €300 000

Кьянти Классико — €150–180 000

Николо Риччи, СЕО компании STEFANO RICCI

Средний возраст наших покупателей за десять лет ощутимо снизился. К тому же их все больше привлекают спортивные элементы в одежды: комфорт, но без ущерба для элегантности. Эта тенденция ощутима даже в «официальном гардеробе». Но если совсем недавно в центре внимания были верхняя одежда, особенно пальто, то сегодня это скорее жакет, джинсы и кроссовки. Конечно, почти за полувековую историю нашего бренда мы изменились, но, несмотря на все изменения потребительского поведения, ДНК бренда остается прежним: шелк, кашемир, экзотическая кожа и драгоценные камни. К тому же мы по-прежнему развиваем направление индивидуального пошива. Мы стараемся передавать наши ценности и с помощью новых медиа: использовать экспериментальные видео, чтобы рассказывать, как создается наш продукт, рассказывать нашим клиентам о культуре и потреблении наследия Италии. К тому же во всем мире STEFANO RICCI известен благодаря 100-процентному производству в Италии, и наш долг — рассказывать об этом в социальных медиа.

Александр Павлов, генеральный менеджер ЦУМа

В отрасли есть запрос как на классику и безупречное качество товаров класса люкс, так и на так называемый хайп — броские, часто провокационные вещи, автоматически причисляющие их обладателей к модникам и тренд-сеттерам. Безусловно, сейчас миллениалы — это новая для люкса аудитория

Миллениалы по-другому потребляют информацию — о новинках они узнают из соцсетей, их мнение часто определяют инфлюенсеры, для них важно совпадать в жизненных установках с создателями и амбассадорами брендов. «Хайповые» бренды, которые наиболее популярны у миллениалов, — OFF WHITE, Palm Angels, Vetements — показывают самые высокие темпы роста в ЦУМе

Также хорошо растут бренды с богатым историческим наследием, возглавляемые молодыми актуальными дизайнерами — Burberry, Loewe, Balenciaga.

Все большее значение для миллениалов и покупателей поколения Z имеет этическая сторона потребления. Например, когда ЦУМ объявил о запуске проекта TSUM Vintage, где продаются знаковые одежда и аксессуары прошлых сезонов, то площадки, ориентированные на молодежную аудиторию, в первую очередь преподносили эту новость с точки зрения ответственного и осознанного потребления.

Christie’s — Phillips

В 1998 году Франсуа Пино приобрел британский аукционный дом Christie’s за €1,2 млрд. Спустя год Бернар Арно купил аукцион Phillips в расчете разрушить многолетнюю диктатуру Christie’s — Sotheby’s. Однако, потерпев многомил­ лионные потери, связанные с крахом рынка искусства после 11 сентября 2001 года, в 2002­-м Арно продал Phillips. Франсуа Пино принимает личное участие в делах аукциона, пользуясь своими связями и репутацией. Послед­ние продажи работ из коллекции Рыболовлева состоялись на Christie’s. Этому аукционному дому доверяют наследники именитых собраний: Пьер Берже (коллекция Ива Сен-Лорана, семья Рокфеллеров (собрание Дэвида и Пегги Рокфеллеров). На майских торгах 2017 года послевоенного и современного искусства коллекционеры Франсуа Пино и Стивен Коэн продали произведений на $448 млн. Бизнесмены — любимые клиенты арт-дилера Ларри Гагосяна, владельца 15 галерей по всему миру. Гагосян — седовласый мужчина с вкрадчивым выражением лица в первых рядах гостей на приеме у Франсуа Пино на Венецианской биеннале и на очередном открытии в Фонде Louis Vuitton. Гагосян пользуется девизом Энди Уорхола, утверждавшего, что хороший бизнес — самое лучшее искусство.

Транспорт

Машина, на которой разъезжает владелец модной империи, такая же стильная и комфортная, как и основанный им бизнес. Его выбор пал на BMW Х7. Приобрести автомобиль можно за 7 620 000 ₽.

Каждые выходные Бернар Арно летает в разные страны, чтобы лично убедиться, как работают магазины конгломерата. Для этого он использует Dassault Falcon 7X — самолёт, на борту которого могут одновременно летать 14 пассажиров. Его стоимость начинается от $40 000 000.

Длина яхты “Symphony” 101 м. Она была построена специально для Бернара Арно голландской верфью Feadship в 2015 г. На судне могут разместиться 36 пассажиров. На яхте есть бассейн, кинотеатр, лаунж зона и площадка для игры в гольф. Стоимость составляет $150 000 000.

Как вы считаете — чего еще не хватает Бернару Арно?

Нефтяной платформы 0 ( 0 % )

Тура в космос туристом 0 ( 0 % )

Подводной лодки 0 ( 0 % )

Компании PPR 0 ( 0 % )

Есть свое мнение, напишу в комменты 0 ( 0 % )

Back

Мария Крупнова, экс-главный редактор и креативный директор Conde Nast Creative Studio

Самые дорогие вещи сейчас покупают те люди, которые не стремятся выглядеть дорого. Для них футболка или джинсы — даже не про вкус и моду, а про качество жизни. Все, как у Бобби Аксельрода из «Миллиардов». И в этих дорогих и неприметных вещах они будут ходить в «Кофеманию», которая тоже не про моду, а про качество. Brunello Cucinelli на таких людях вряд ли опознают те, кто этот бренд не носит. При этом среди наших миллионеров до сих пор встречаются экземпляры, застрявшие в 1990-х, такие любители туфель из крокодила.

Я не вижу падения интереса аудитории к очень дорогим вещам и думаю, рынок люкса будет и дальше расти, но необязательно линейно. А успех Louis Vuitton связан, на мой взгляд, с их выверенной маркетинговой стратегией. Тот же пример мы можем видеть в Dior (бренд также входит в холдинг Арно. — Forbes Life): люди будут покупать футболки с лозунгом We should all be feminists и свитера C’est Non Non Non et Non, потому что хотят быть причастными к большим трансформациям в обществе. Эта история не про фантазию и выверенный крой.

Группа БИН

Михаил Гуцериев, Саит-Салам Гуцериев, Микаил Шишханов

Доход от аренды: $430 млн

Торговый центр «Калейдоскоп» (45 000 кв. м), логистический комплекс «Северное Домодедово» (540 000 кв. м), отель «Марриотт Гранд» (387 номеров)

Торговые площади: 173 200 (кв. м)

Офисные площади: 326 500 (кв. м)

Складские площади: 1 157 000 (кв. м)

Количество гостиничных номеров: 2384

Москва, Санкт-Петербург

За год Группа БИН приобрела логистический комплекс «PNK-Чехов» общей площадью 337 000 кв. м. Сумма сделки не раскрывалась, но оценивалась экспертами более чем в $200 млн. Еще $700 млн Михаил Гуцериев и его партнеры потратили на выкуп девелоперских активов Вадима Мошковича. А в ноябре стало известно о приобретении отеля Sheraton Palace на Тверской.

Долг Около $8 млрд должны структуры группы БИН Сбербанку, ВТБ и Альфа-банку.

Цифра Больше 40 млрд рублей чистой прибыли заработали компании группы БИН в 2014 году (без учета «Русснефти», крупнейшей нефтяной компании Гуцериевых).

Другой бизнес «Русснефть» добывает больше 17 млн т нефти в год и входит в десятку крупнейших нефтяных компаний России.

Хобби Больше 70 хитов на стихи основателя создал открывшийся в 2013 году «Продюсерский центр Михаила Гуцериева». В 2015 году 13 песен на стихи бизнесмена получили дипломы «Песни года».

Анна Гвасалия, партнер группы компаний OVCHARENKO

Все перемешалось в современном мире. Остаются, наверное, такие события, как вечеринки Николая Баскова и Филиппа Киркорова, где встречается дресс-код «люксовый синий». Но на премьере в Большом театре можно увидеть женщин в вечерних платьях, и поблизости casual парней. Сейчас главное — кто ты, а не твой дресс-код. У молодежи разные герои, на которых они ориентируются: кому-то нравится стиль Билла Гейтса, Марка Цукерберга и Павла Дурова, а другие копируют стиль семьи Кардашьян. Да, для поколения X многие ворота были закрыты, для них мир люкса стал, как для человека в пустыне вода — все жаждали познать и обладать, закупались с ног до головы в бутиках. Многим миллениалам передалась эта любовь к люксу, но сегодня люкс сам по себе трансформировался, он выходит на новую аудиторию, коллекции становятся менее консервативными, более свободными, яркими, даже логотипы брендов становятся короче, а бренды стараются приспособиться к мышлению и вкусам уже не только миллениалов, но и новых потребителей — поколения Y, которые интересуются, например, кроссовками Adidas Yeezy или Nike X Off-white. Для этого поколения картинка в Instagram играет более важную роль, чем пример мамы или папы. Соцсети и eBay заменяют им глянцевые журналы, мир меняется. А лично для меня приоритет — коллекция искусства, но могу потратить 20–25% дохода на одежду, хотя стараюсь не увлекаться.

Ирина Баранова, хэдхантер, СЕО B.lab executive search

Я люблю Martin Margiela, Celine, Victoria Beckham, Dries van Noten, Masterpiece, Ruban, Dior. Мне важна эстетика, характер в вещах — какой образ создают, ткани, чтобы можно было совмещать и носить несколько сезонов. Но понятие люкса для меня очень условно. Для меня люкс — то, что делается лимитированно, доступно для ограниченного круга. Выглядеть надо уместно. Если вы идете на показ дизайнера, то лучше в его платье.

Определенно, миллениалы к люксу относятся не так серьезно, как их родители. Коммуникационные стратегии брендов изменились в расчете на миллениалов, ведь они в итоге принимают решение своими деньгами, покупая ту или иную вещь/услугу. Дети хотят люкс. Люкс в некотором роде поменял контекстный смысл. Сейчас люкс — быть независимым от люкса. Свой доход я скорее потрачу и проинвестирую. Откладывать — не моя тема. Про то, насколько аудитория люкса сместилась в сторону тех, кто получает месячный доход в 500 000 рублей, я не до конца уверена: такой человек, как мне кажется, максимум сможет позволить себе в месяц купить одну или две вещи.

Ссылка на основную публикацию